г.Курск, ул.Радищева, 24-А, оф.26
        

Центробанк «вдруг» вспомнил про малый и средний бизнес

11 февраля 2021

Недавно на официальном сайте Банка России опубликовали так называемую дорожную карту. Из нее ясно, что ЦБ РФ предлагает меры по развитию финансирования субъектов МСП. Какие же это меры?

Все мероприятия дорожной карты разделены на 7 блоков:

  • развитие банковского кредитования субъектов МСП;
  • программы льготного финансирования субъектов МСП;
  • статистическая информация Банка России;
  • цифровой профиль, удаленная идентификация, Система быстрых платежей;
  • инструменты фондового рынка, развитие финансовых услуг для субъектов МСП;
  • развитие микрофинансирования субъектов МСП;
  • повышение финансовой грамотности и осведомленности субъектов МСП.

Основная часть мероприятий по большей части носит технический характер и непосредственно не затрагивает субъекты малого и среднего предпринимательства, так как направлена на развитие инфраструктуры финансирования этих субъектов. Но есть и те, которые все же затронут малый и средний бизнес, как непосредственного участника кредитного процесса. Посмотрим на эти меры детально.

Во-первых, Банк России предлагает рассмотреть внесение изменений в закон и расширить перечень вариантов признания резидента исполнившим обязанность по репатриации валютной выручки в случае заключения со страховыми организациями — резидентами, в частности, из числа субъектов МСП, договоров страхования рисков неисполнения нерезидентом обязательств по экспортным внешнеторговым договорам (контрактам).

Отдельно разбирать данный пункт не стоит, так как в условиях внешней макроэкономической нестабильности и санкционного давления на российскую экономику он скорее носит опциональный характер, нежели несет в себе какое-либо ценностное предложение по улучшению положения субъектов малого и среднего предпринимательства.

Во-вторых, предлагается проведение банками процедуры удаленной идентификации клиента с использованием видеопотока. В целях снижения потенциальных рисков нужно рассмотреть возможность пилотирования инициативы в регулятивной песочнице ЦБ. Цель этих мер — обеспечение доступности финансовых услуг для субъектов МСП, снижение стоимости обслуживания. Срок реализации — 2 квартал 2021 года.

Данное предложение интересно тем, что по сути предполагает развитие системы «Знай своего клиента» (KYC), так как непосредственно затрагивает вопросы, которые регулируются антиотмывочным законодательством. Учитывая, что инициатива затронет большой круг лиц, Банк России планирует пойти по пути создания регулятивной песочницы для ее реализации, чтобы в последующем подготовить нормативно-правовое обоснование удаленного формата идентификации субъектов малого и среднего предпринимательства при взаимодействии с финансовыми институтами.

Основным потенциальным риском внедрения данной системы, по всей видимости, Банк России видит рост числа злоупотреблений со стороны недобросовестных предпринимателей, цель которых будет не финансовое обеспечение своей хозяйственной деятельности, а обслуживание теневого сектора экономики. По сути, Банк России боится роста числа «компаний-прокладок» (транзитные и «обнальные» организации), которые откатят все предыдущие старания регулятора по «обелению» экономики.

В-третьих, ЦБ предлагает проработать

подход к определению уровней кредитного рейтинга ценных бумаг, размещаемых субъектами МСП, при которых такие ценные бумаги будут доступны неквалифицированным инвесторам.

Мне кажется, скорее это будет торжество функционеров, которые предлагают данную новацию скорее для «галочки», так как наша объективная действительность уже давно равно удалила основную часть малого и среднего бизнеса и рынок заемного финансирования друг от друга.

В-четвертых, предполагается обеспечение доступа малого и среднего бизнеса к финансированию через краудинвестинговые платформы (п. 5.3).

Этот пункт перекочевал в дорожную карту Банка Росси из общенационального плана действий, обеспечивающих восстановление занятости и доходов населения, рост экономики и долгосрочные структурные изменения в экономике.

Если говорить о крауд-платформах в России в целом, то возникает резонный вопрос: а где наш регулятор был раньше?

В конце 2020 года Банк России ставит цель достичь объема привлеченного финансирования субъектами малого и среднего предпринимательства с помощью краудинвестинговых платформ в 2021 г. не менее 0,5 млрд рублей, а в 2022 г. не менее 0,9 млрд рублей. Тогда как в 2014 г. совокупный объем краудфинансирования в России составлял примерно 0,4 млрд рублей (по данным международной аналитической компании J’Son&Partners Management Consultancy).

Видимо, ЦБ не осознает, что целесообразнее ставить задачу по созданию полноценного рынка краудфинансирования и соответствующей правовой основы его деятельности, а иначе это опять, как уже говорилось в отношении п.5.1., торжество функционеров, которые предлагают идеи по принципу «лишь бы что-нибудь предложить».

В-пятых, в п.5.5. дорожной карты Банк России поставил себе задачу «подготовить предложения в Правительство о расширении использования факторинга при осуществлении госзакупок путем закрепления в Федеральном законе № 44-ФЗ и Федеральном законе № 223-ФЗ возможности использования финансирования под уступку денежного требования при оплате обязательств, возникающих на основании государственных (муниципальных) контрактов».

Видимо, ЦБ совсем не отслеживает практику применения действующего законодательства о госзакупках. Решение давно уже найдено в практике применения действующих положений законодательства о госзакупках и ее необходимо только привести к единообразию.

Вдаваться в тонкости разграничения понятий «финансирование под уступку денежного требования» и «уступка права требования» не стоит, будем считать, что это «почти» идентичные понятия (за исключением отдельных опций), поэтому сразу перейдем к практике.

Так, например, в «Обзоре судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 28.06.2017) имеется следующая позиция: «Вместе с тем в результате подписания договора цессии не производится замена стороны договора — поставщика (подрядчика, исполнителя), а лишь переходит право требования уплаты начисленной задолженности. При этом заказчик сохраняет право на выдвижение возражений в соответствии со статьей 386 ГК РФ».

Как видно, уступка права требования по госконтракту допустима, несмотря на наличие у Минфина иной позиции по данному вопросу, которую он высказал годом позже в своем Письме от 23.10.2018 N 09-02-07/76086 «По вопросу о возможности уступки права требования по денежному обязательству, возникшему на основании государственного (муниципального) контракта». Полагаю, что в данном вопросе уместно ориентироваться на практику ВС РФ.

По уступке права требования в рамках Федерального закона № 223-ФЗ тоже следует обращаться к действующей практике его применения. Здесь сразу обратимся к Письму Минэкономразвития России от 21.04.2017 N Д28и-1628, которое говорит нам о следующем:

«Таким образом, заключение договора уступки требования относится к сфере регулирования Закона N 223-ФЗ. При этом приобретение цессионарием права требования по исполнению обязательств является закупкой по смыслу Закона N 223-ФЗ».

Позиция Минфина говорит нам о недопустимости такой уступки, но по аналогии с практикой применения Федерального закона № 44-ФЗ можно смело сделать вывод, что уступка права требования при исполнении контракта в рамках Федерального закона № 223-ФЗ является допустимой.

Безусловно, речь в дорожной карте шла только о факторинге, но дабы внести полную ясность, в данном вопросе было уместно рассмотреть классический вариант развития событий в отношениях между заказчиком и поставщиком.

С факторингом, несмотря на его специфическую правовую природу, дела обстоят немного проще. Здесь сразу держим в уме, что согласно пункту 2 статьи 779 ГК РФ договор финансирования под уступку денежного требования относится к договорам возмездного оказания услуг.

В данном случае также будет уместно обратиться к Письму Минэкономразвития России от 20.01.2017 N Д28и-72, которое говорит нам о следующем: «получение финансовым агентом (цессионарием) права требования по исполнению обязательств по смыслу Закона N 223-ФЗ закупкой не является». Соответственно, заключение договора факторинга допускается. Аналогично применяются положения Федерального закона № 44-ФЗ в отношении договора факторинга.

Между тем, Постановлением Правительства РФ от 15.12.2020 N 2119 «О внесении изменений в постановление Правительства Российской Федерации от 11 июля 2020 г. N 1035» предусмотрена возможность получения субсидий в отношении договоров факторинга — финансирования поставщика под уступку денежного требования поставщика к заказчику, возникающего в том числе в будущих периодах (но не позднее 31 декабря 2023 г.), на основании договора поставки техники, заключенного в соответствии с Федеральным законом «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» или Федеральным законом «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц». Фактически данное Постановление Правительства РФ свидетельствует о том, что факторинг при госзакупках не только не запрещен, а наоборот, его использование стимулируется государством через субсидирование.

Таким образом, предлагаемая Банком России мера поддержки малого и среднего предпринимательства в виде возможности использования финансирования под уступку денежного требования при оплате обязательств, возникающих на основании государственных (муниципальных) контрактов — не более чем «имитация бурной деятельности», не несущая в себе никакого ценностного предложения.

Подводя общий итог (или «Что мы имеем в сухом остатке?»), можно утвердительно сказать, что меры, предлагаемые ЦБ РФ, носят бессистемный поверхностный характер и не соответствуют текущей реальности «от слова совсем».

Похожие записи

Заказать обратный звонок